Наверх

ГОЛОГОРКА (эпизод третий)

100-летнему юбилею ЗАО «Русский хром 1915» посвящается...

К началу 30-х годов относиться появление в окрестностях рудника самого таинственного объекта Гологорки – шахты. Наши современники по поводу данного объекта «сломали немало копий», споря на интернет-форумах и краеведческих конференциях. Одни говорят, что никакой шахты не было: «Судя по разрезам карьера, на Гологорке шахты не было, вроде бы всю залежь взяли открыто». Другие, напротив, утверждают – была: «В 1941 году подземная выработка пошла под основанием проходящей недалеко железной дороги». Третьи же считают: «Узкий колодец карьера на самом дне переходил в шахту».




Аквалангисты первоуральского клуба «Капер» несколько раз проводили погружение в затопленном карьере. «Егорыч» рассказывал: «Сегодня с нашими «стариками» из клуба аквалангистов об этом карьере говорили. Вспомнили, что в 70-е годы местные старожилы рассказывали: «была якобы еще одна штольня, но гораздо длиннее, метров тридцать длиной, на глубине тоже метров тридцать от нынешнего уровня воды в направлении железной дороги». Мы в 70-е годы пытались найти вход в эту штольню, но безуспешно. Интересно, что в карьере довольно необычная структура водных слоев. На поверхности прозрачность воды полтора-два метра, а с глубины метров пять видимость увеличивалась до 10 метров, но полная темнота, разглядеть что-то можно только с фонарем. Видимо, из-за верхнего мутного слоя воды, малой площади водного зеркала и крутых стенок свет глубже не проникает. При погружениях наглядно увидели – первый горизонт на глубине метров пятнадцать-семнадцать, полки горизонта очень узкие два-три метра, местами еще уже, а следующий горизонт на глубине около 40 метров. Глубже не совались, как-то страшновато в сплошную темень лезть. На втором горизонте какие-то бревна видели».

Так была шахта на Гологорке или нет? Существовали ли горизонтальные проходки в глубине карьера? Каково назначение штольни в южной стене карьера? Для ответа на эти вопросы одних рассуждений мало. Нужны аргументы.

Мир не без добрых людей. И вот у нас в руках «Геологическая карта главной залежи Гологорского месторождения хромита» 1932 года, подробный (1:250) «План Гологорского рудника» 1934 года и «Проекция западного борта эксплуатационного карьера Гологорского месторождения хромитов» 1934 года. На карте 1932 года шахты не видно. Есть обогатительная фабрика, столярная фабрика, казармы для рабочих, есть даже контора, конюшня и баня, а шахты нет. Зато первое, что бросается в глаза при взгляде на «Проекцию» – это вертикальный ствол шахты. Рискнем предположить, что до 1932 года месторождение разрабатывалось открытым способом. В результате чего образовался довольно узкий и глубокий карьер, длиной 100 метров, шириной 60 метров в самой широкой части и глубиной 45 метров. В бортах карьера видны несколько горизонтальных подземных выработок – штолен. Одна (длиной около 20 метров) уходит в северном направлении в сторону железной дороги. Другие (длиной от 10 до 20 метров), находятся на юго-восточной стенке. Есть штольни и на дне карьера.

Вот как описывает рудник 1934 года инженер-геолог Николай Михайлович Аксенов: «Карьер вытянут в меридиональном направлении, и имеет округлую форму. Отметка наивысшей точки карьера (юго-восточный борт) составляет 345 метров над уровнем моря, дно же карьера лежит на горизонте 300-го метра. На горизонте 300-го метра дно карьера имеет также вытянутую форму. Длина его равна 65 метрам, ширина в среднем 15 метрам. Северный борт почти отвесный. Южный, западный и восточный борта опускаются сверху уступами, но ко дну карьера обрываются в виде гладких отвесных, местами даже нависающих стен высотой по 15-20 метров и более».




А еще Аксенов пишет: «В настоящее время эксплуатационные работы на руднике не ведутся, а ведутся лишь подготовительные работы для планомерной эксплуатации месторождения подземными выработками. На северном борту карьера пройдена капитальная шахта на глубину до горизонта 260 метров (74 метра от поверхности – Авт.). Из нее бьется квершлаг (горизонтальная подземная горная выработка – Авт.) с севера на юг, навстречу рудному телу. Длина квершлага на 1 января 1935 года составляла около 20 метров».

В проекте по эксплуатации Гологорской шахты приведены расчетные нормы проходки откаточного штрека одним проходчиком с колонковым перфоратором. Учитывая условия (тесные выработки) и техническую базу (бурильный молоток завода «Пневматик» типа БМ-13, весом 15 килограмм), норма 3 кубических метра на одного бурильщика в смену (стахановцы давали и 5-8 м3) не кажется легкой. В 1935 году директор Гологорского рудника С.Н. Паркаев констатировал: «При плане 1935 года – 2,7 тонны руды на одного бурильщика, благодаря стахановскому движению мы имеем: в сентябре 3,6 тонны, в октябре 7,2 тонны, в ноябре 10.1 тонны, за 20 дней декабря 13,5 тонн на бурильщика». Стахановец П.Я. Привалов в декабре 1934 года за девять выходов в забой дал 225 процентов от нормы, почти выполнил месячное задание и заработал 500 рублей.

При таких темпах добычи штреки шахты должны были уйти далеко в южном направлении, а запасы руды (по прогнозам геологоразведки они составляли примерно 133 тыс. тонн.) существенно снизиться. Вообще, у геологов, проводивших разведку на хромистый железняк в районе Гологорского рудника в 1934 году, сложилось впечатление, что «район не имеет перспектив».

Позднее другая бригада геологов отметит в своем отчете: «Никаких данных о наличии мощных залежей (в пределах Гологорского рудника – Авт.) нет. Однако отрицать их существование нельзя. Совершенно не исследован участок, расположенный к северу от шахты, между ней и железной дорогой. Наиболее вероятно наличие новых рудных тел именно на этой площади. С точки зрения дальнейшего существования рудника именно этот участок представляет непосредственный интерес».

В "заключении" бригады геологов Академии Наук СССР, посетившей Гологорский рудник в апреле 1939 года, записано: «Перспектив на значительный прирост запасов главного рудного тела (в пределах шахтного поля – Авт.) пока нет». И. «дальнейшее существование рудника всецело будет зависеть от того, имеются или нет другие неразведанные промышленные хромитовые залежи в пределах шахтного поля». В заключении также отмечалось, что существующая серия небольших линзовидных рудных тел, «расположенных, как на простирании главной залежи, так и в стороне от этой линии либо не имеют промышленного значения, либо выработаны в дореволюционное время». Прекращение добычи и закрытие рудника в 1941 году подтверждают эти прогнозы.



Проекция западного борта эксплуатационного карьера Гологоркого месторождения, 1934 год

Особо подчеркнем, для прекращения работы Гологорки существовала еще одна веская причина. С 1938 года началась разработка крупнейшего в СССР Кемпирсайского месторождения хромитов в Актюбинской области (сегодня территория Казахстана). Кемпирсайское месторождение превосходило Гологорское и вообще любое другое разведанное на тот момент хромовое месторождение в СССР, как по объему добычи хромовой руды, так и по качеству последней. Сравните, на пяти месторождениях Кемпирсайской группы было добыто более 80 млн. тонн сырой руды за 50 лет эксплуатации. Тогда как на Гологорском руднике (лучшем месторождении хромовой руды дореволюционной России) не более 300 тыс. тонн за весь период эксплуатации. В кемпирсайской руде содержание Cr2O3 составляет от 56% до 63%, а в гологорской – от 38% до 55%. С началом эксплуатации уникальных по запасам Кемпирсайских месторождений добыча и даже разведка хромитовых руд на других месторождениях Урала (кроме Сарановского) была прекращена.

Прежде чем закончить рассказ о Гологорском хромистом руднике вспомним еще один объект Гологорки. Его видели все, кто бывал на затопленном разрезе. Это загадочная штольня, хорошо видимая в южной стене разреза. Выработка небольшая и низкая, хотя в некоторых местах можно встать в полный рост. Внутри холодно и сыро. О назначении штольни можно только догадываться. Чаще всего ее называют «опытной» или «разведочной». Но есть версия более прозаичная. Штольня не имеет отношения к поиску руды. Ее назначение – это убежище при проведении взрывных работ в карьере.

P.S. Примерно месяц назад мне передали небольшой пакет. Его принесла в деканат неизвестная женщина. На листе бумаги было написано: «Передать Н.В. Акифьевой, Тюленева. В пакете оказалось несколько фотографий 40–60 годов прошлого века, связанных с историей Гологорки. На одной из фотографий, датированной 1959 годом, изображена группа женщин. На оборотной стороне – маленький рассказ:

«В 30-е [годы] М.П. Русина с семьей из Алтайского края переехала на Урал – на Гологорский рудник. Работала с 16 лет. По росту и крепости она не отставала от взрослых. Она знала расположение забоев и дучек [короткая вертикальная или наклонная горная выработка, служащая для выпуска отбитой руды на приемный горизонт – HBA], по которым ссыпалась руда, нарубленная в лавах. Помнила шахтный двор, куда доставляли руду, и знала все дальние штреки, к которым подвозила волокуши. Все было освоено ей. Катала вагонетки, когда построили узкоколейку. Нагруженную вагонетку отправляла к стволу шахты, а на смену ей прибывала порожняя [вагонетка]. И она снова открывала люк, давая выход руде. Спускалась вниз вместе с рабочими. Шли темной и узкой штольней. Чем глубже уходила штольня, тем сильнее становилась капель, и ноги скользили по хлюпающей почве. Работала в резиновом костюме и сапогах».

В тексте использованы фотографии автора

Источник: Акифьева Н.В. Гологорка / Новая еженедельная газета № 27. 17 июля. 2014.

Это очень старая публикация. Возможность комментирования была отключена.