Папа - не космонавт

22 марта 2006 г. 13:13
4107
169
Папа - не космонавт

А твой папа не космонавт!

Нет, он космонавт! Он на секретном задании!

Врешь! Он мразь и убийца! Он хорошего человека убил!

Вот. Вот именно этот диалог я и хочу услышать. Я не сторонник «мстей» до седьмого колена, но ребенок должен знать кто его папа. И делать выводы. Вполне возможно, выводы он сделает не те, как должно, ибо помните как было у Дюма в «Трех мушкетерах»? «Неважно, что она совершила, но она – моя мать!»

Разочарую, ребята. Это важно. Важно знать, гордиться тебе твоим отцом или просто забыть, как неудачную страницу в жизни. Но я верю, что парень сделает действительно верные выводы и перелистнет эту страницу. И если честно, я не знаю, что будет дальше. Время покажет. А пока – изложу историю этого незадачливого отца.

К своим тридцати трем годам Вадим Шалагинов особо не преуспел. Послеармейская служба во вневедомственной охране МВД особо не прибавила в кармане. Оклад в районе пяти тысяч рублей и шабаш. А Вадик любил любить девочек. Несмотря на женитьбу и рождение сына, это ничуть не умерило его пыл. Один маленький минус – развлечения с девочками требовали некоего стартового капитала, который, хоть тресни, на посту вневедомственного охранника прокуратуры не заработаешь.

Умнел Вадик целых пять лет. А потом добился перевода в областное ГАИ. Какая там была лафа... Сколько срубил с водил на дороге – все твое. Твое и напарника. А в особо удачные времена Вадик поднимал до тысячи баков в месяц. На девочек и семью хватало с лихвой. Двухлетний кайф обломало заявление одного въедливого водилы.

Особо разбираться не стали. Предложили написать «по собственному желанию». Вадик с предложением согласился. К этому времени у него были кое-какие связи с местными жуликами и он легко устроился на горнолыжный курорт «Гора Пильная».

На курорте он стал постепенно привыкать к роли «обслуживающего лица». Со временем он развелся с женой и научился извлекать свою ненормативную долю прибыли со страждущих покататься на горных лыжах.

Один маленький минус. Оказалось, что горные лыжи – дело сезонное. И Вадик решил подобрать себе другое место работы. И ему удалось устроиться монтажником к нам, в компанию «Интерра». Наша компания занимается установкой гражданам выделенных линий Интернет. Не минфин, но зарплата была приличная, а Вадик все-таки рассчитывал поднять на конторе некие дополнительные бонусы. Но его слишком влекла «красивая жизнь»: чтобы если автомагнитола – так непременно с саббуфером, если солнцезащитные очки – так обязательно крутого покроя, а прическа почему-то должна быть мелированной. Его текущая подружка, вполне отвечала его представлениям мифа о «красивой жизни»: двадцать четыре года, красива, умна, работает инженером на Новотрубном заводе. Шалагинова очень устраивал его образ жизни. Вот если бы еще малость деньжатами разжиться на поддержание этого образа...

Но тот, кто ищет, тот всегда найдет. Не сразу, примерно через год, Вадик нащупал слабое звено в «Интерре» - ненормативный расход монтажного кабеля. Сначала был запущен пробный шар: он наплел, что его дружок из конкурирующей организации выменял нужный нам кабель на металлопрокат и готов конечный продукт продать за твердую наличность по весьма умеренной цене.

Комбинация выстроилась простая и изящная: Шалагинов берет со склада на монтаж две коробки кабеля. Одна коробка, действительно, расходуется по назначению, а вторая складируется у него в гараже. Постепенно формируется партия в пять-шесть коробок, и в случае возникновения в конторе потребности в кабеле, Шалагинов по собственному почину предлагает «привезти товар от Лехи Смирнова».

Поскольку цена предлагаемого «товара» была на треть ниже заводской, я легко соглашался на сделку. И хитрый Вадик ехал в свой гараж, грузил в машину наши же коробки и благополучно сдавал нам же. Схема работала идеально.

Но аппетит рос и требовалась другая легенда. Однако, Вадик не зря столько лет работал в милиции – существующая схема воровства была мастерски доработана под возрастающие объемы. В комбинацию пришлось посвятить напарника по работе в «Интерре» - монтажника Дмитрия. Они вместе работали на горнолыжном курорте, и Шалагинов был уверен, что Дима будет держать язык за зубами. За определенную долю от выручки, конечно. А для полной убедительности был еще сменен и «поставщик товара». Теперь в роли «поставщика» выступал одноклассник технического директора «Интерры». По просьбе Шалагинова, он сам позвонил в «Интерру» и предложил свой неиссякаемый источник монтажного кабеля. Жульнический конвейер заработал с новой силой.

И все шло хорошо, но к этому моменту отношения с Ольгой стали заходить в логический тупик. Небезосновательно полагаю, что она к этому времени убедилась, что ее избранник – просто напросто неуравновешенный балбес, построенный на чисто внешних понтах.

Вероятно, Шалагинов это почувствовал, и принялся активно укреплять свой пошатнувшийся имидж. Экстренно был продан автомобиль «Ниссан» за сто тысяч рублей. Вырученные деньги немедленно были потрачены на красочный вояж в Египет. Но какой пацанский пацан без машины? Да никакой. И поэтому Вадик оформил кредит на двести тысяч рублей на свою маму. Кредит был использован на приобретение праворукой «Митцубиши Лансер» 1999 года издания.

Но предпринятое мало помогло. По слухам, Ольга уже разрабатывала другого бойфренда, в «более обеспеченном варианте». Вадик было пригрозил экскурсией на Бали, но девочка оказалась умнее. Для благополучного продолжения отношений она поставила два обязательных условия: официальный брак и своя собственная квартира. Отдельно было оговорено, что должны быть выполнены именно оба пункта, а не только первый.

Ультиматум был жесткий. А ресурсы для его выполнения отсутствовали. И так по уши в долгах. Можно было реализовать скопившийся кабель, но это не решало проблемы. Тысяч тридцать всего, а из этой суммы нужно еще отстегнуть напарнику и «поставщику».

Вадик попробовал поговорить с мамой. Но маме очень не понравился вариант освобождения собственной квартиры в пользу потенциальной невестки. И ее можно понять – уроженец советских времен, мадам Шалагинова отлично помнила, с каким трудом ей досталась эта квартира. А тут появляется какая-то малолетка и заявляет, что жилплощадь должна быть конкретно ее. Да ни в жисть!

Воспаленный мозг Шалагинова комбинировал на ходу: директор уехал на неделю в Питер, следовательно расход денег из конторы будет невозможен. Он определил, где должны находиться деньги – в железной коробке на стене, возле бухгалтера. Контору могут открыть всего два человека: директор и технический директор, Евгений Бельков. Следовательно, если Белькова выманить под каким-нибудь благовидным предлогом в субботу в контору, то будет полно времени, чтобы разобраться с железной коробкой и забрать деньги. А чтобы Бельков не мешал – его нужно банально грохнуть.

Труп обнаружат только в понедельник, пройдет двое суток, следы затопчут... А то, что оперативники могут выйти на него, Шалагинов просто не думал. Он был уверен, что легко выдержит все допросы, сам бывший мент все-таки. Спишут убийство на наркоманов и ищи ветра в чистом поле. А он выждет некое время и купит на Ольгу эту квартиру. И все будет как раньше.

А Белькова он не жалел. Непосредственный начальник раздражал его своей въедливостью, дотошностью и принципиальностью. О семье Жени он тоже не думал: «у всех семьи»! А моральной границы "не убий" у него не было в принципе.

Итак, настала суббота, 15 октября 2005 года. Около десяти утра Шалагинов позвонил Белькову. В качестве предлога прозвучала крайняя необходимость взять из конторы рабочий инструмент на выходные. Евгений очень не хотел ехать. Крохотная дочка, семья и все такое. Но Шалагинов, если надо, мог быть очень убедительным и плаксивым. Под его напором Женя согласился и сказал супруге, что ему нужно быстро съездить на работу.

Шалагинов приехал на машине в соседний с офисом двор и стал ждать. Для задуманного у него были приготовлены перчатки и топор. На ногах – старые кроссовки, которые он давно не носил. Ждал он около часа. А в одиннадцать Бельков сам перезвонил ему на сотовый и сказал, что приехал в контору. Всего за пару минут Шалагинов подъехал к офису, достал из багажника сверток, в котором были топор и перчатки. Вошел со двора. Позвонил в дверь. Евгений открыл, поздоровался и впустил убийцу в офис.

Предполагаю, что Шалагинова таки трясло. Ибо не бублики задумал с прилавка тырить – убийство! Это только в кино трупы валятся сотнями, а бравый Шварценеггер кривит губы, лениво перезаряжая автомат. Но Шалагинов – это не Шварценеггер. Именно поэтому он не смог прямо с порога ударить топором. И направился в кладовку. А Евгений закрыл дверь за Шалагиновым и вернулся в свой кабинет, на свое рабочее место.

В кладовке Шалагинов достал из свертка топор, надел перчатки и включил станок. Не думаю, что топор нуждался в заточке. Скорее всего, убийца собирался с духом для совершения задуманного. Через минуту выключил станок, спрятал топор под куртку и направился в кабинет Белькова.

Евгений в этот момент разговаривал по сотовому телефону со своим коллегой, системным администратором Денисом Перминовым. Стараясь не попасть взглядом в глаза Белькову, Шалагинов извлек из-под куртки топор и резким движением ударил его в голову. Сталь оружия глубоко вошла в височную область черепа. Телефон Евгения выпал из рук, а сам он обмяк в кресле. В трубке еще продолжал говорить Денис, но Шалагинов подхватил телефон и отключил его. Задуманное убийство было совершено.

Первым делом он обшарил стол генерального директора. Счастливо улыбнулся – этот лох оставил ключи прямо у себя в ящике стола. Быстро прошел к железному ящику бухгалтера. Его опять трясло, но на этот раз от восторга. Вот она, удача! Однако, открыв ключом ящик, он не поверил своим глазам. Денег не было ни копейки. То есть - совершенно ничего. Только несколько пачек карт доступа в интернет и какие-то бумаги. И все.

В себя он приходил несколько минут. Неужели все зря? Он до сих пор не мог понять, как так получилось. Вот ведь хитрая сволочь! А ведь гендиректор всегда, каждый день, на его глазах, ничуть не скрываясь от сотрудников, прятал туда наличность. Прошла целая неделя торговли и где деньги? Где???

Начинающуюся истерику прервал грохот из кабинета Белькова. Шалагинов бросил ящик открытым и вернулся в кабинет. Оказалось, что тело мертвого Белькова упало вместе со стулом влево, к стене. Шалагинов вытащил из кармана его куртки ключи от офиса. Под столом медленно натекала лужа крови. На всякий случай Вадик забрал выключенный сотовый телефон Белькова и осмотрелся по сторонам.

Он не мог смириться с тем, что убийство было совершено бесцельно, без извлечения материальной выгоды. В качестве компенсации за моральные переживания требовалось нечто мобильное и дорогостоящее. Падла гендиректор забрал свой ноутбук с собой в Питер, но на соседнем столе лежал ноутбук Перминова. Шалагинов быстро схватил компьютер и рванул прочь из офиса. На выходе, осторожно закрыл дверь ключами Белькова. Вроде все было тихо. В багажнике его автомобиля был целый ворох полиэтиленовой пленки, в которую Вадик аккуратно упаковал использованный топор и перчатки.

Новоявленный Раскольников немедленно поехал к своему приятелю, Алексею из компании «Мобиком». Помните первого «поставщика» кабеля? Оно самое и есть. С Лехой они душевно поговорили. Минут десять. А потом не менее душевно откушали в пельменной по соседству. Обед, как никак. Дело святое. Даже для убийц. За трапезой Шалагинов вел себя совершенно непринужденно, сыто шутил и много смеялся.

А потом он поехал к Сажинскому мосту, который через реку Чусовая. Требовалось избавиться от улик. Топор, перчатки, кроссовки и полиэтиленовая пленка были выброшены с моста в холодную воду.

Ближе к вечеру он заглянул к Ольге. Много говорил ей про квартиру и про то, что «все становится на свои места». Уговорил. Остался у нее ночевать. Спал плохо. Трясло. Все думал, как оно там будет?

Утром не выдержал, взял машину со стоянки и поехал. Хотя бы чтоб мимо проехать. Посмотреть, что там и как. Кроме того, Вадика грела мысль о том, что ключи от офиса находятся у него в кармане. И он всерьез подумывал, не добраться ли еще барахлом в «Интерре»? Благо, его там было много...

С питерского поезда я сошел в воскресенье, в шесть утра. Было очень холодное и очень туманное утро. Мы с супругой взяли такси и добрались до дома. А дома всласть наигрались с котом и отпились кофе с дороги. Потом я пошел за машиной, чтобы поехать на работу. Ни за что бы туда не подался в воскресенье, если бы не одна странность – когда поезд проезжал Киров, мне на сотовый позвонил бригадир монтажников оптоволокна, Саша Яковлев. Золотые парни, между прочим. Можно даже сказать – генофонд, собранный из осколков «Уралсвязьмонтажа».

- Привет! – сказал Яковлев. – Чего-то Женька на сотовый не отвечает.

На воскресенье мы договаривались с Яковлевым тянуть оптику. Я насторожился, но не придал обстоятельству существенного значения. Подумаешь, не отвечает. Значит – занят. Хотя... Зная пунктуальность Белькова...

- Я подстрахую, - пообещал я в телефон. – Завтра, в девять утра, как обычно.
- Хорошо, - согласился Яковлев. – Будем.

Я тут же перезвонил Евгению. Телефон, действительно, не отвечал. Ладно, подумал я. Приеду – разберусь на месте, что к чему.

Ровно в девять утра подъехал на работу. Возле офиса переминались монтажники оптоволокна. Поздоровались. Перекинулись парой дежурных фраз. Посмотрели на стоящий рядом автомобиль Белькова. Подивились, что Женя не открывает контору. И пошли внутрь.

Вошли со двора. Я позвонил в звонок. Молчание. Подергал дверь – заперто. После открыл своим ключом. Внутри было тихо. И горел свет. Еще с коридора была видна лужа красной жидкости на полу кабинета.

Сердце нехорошо екнуло. Я еще тешил себя надеждой, что может это не то, что я думаю, может, Женька вчера банально напился, что... Слабая нить иллюзий оборвались, когда мы вошли в кабинет.

Бельков лежал под столом, лицом в угол. Крови было много. Очень много! Весь угол кабинета был буквально забит сгустками запекшейся крови. Я потрогал лодыжку Женьки – холодная. И тут же набрал «02» и «03». В оба адреса был сказан примерно одинаковый текст. И «скорая», и милиция подтянулись в течении минут пяти. Отрадная скорость! Но доктор пробыл недолго. Скупо проронил: «проникающее в мозг». И ушел.

Я позвонил Денису. Дэн долго не мог понять, о чем я толкую. А когда понял, сразу захрипел и сказал, что немедленно выезжает. А вот следующий персонаж удивил. Из-за поворота медленно выплыла белая «Митцубиши» Шалагинова. И Вадик смотрел на меня так, как будто увидел привидение. Похоже, он так и проехал мимо, если бы я его не тормознул. Известие о смерти Белькова Вадик воспринял спокойно. Тогда я счел это за шок. Попросил у меня сигарету и закурил. Опять же – тогда я не обратил на это обстоятельство ни малейшего внимания, ибо сам прикуривал сигарету от сигареты.

Оперативники вовсю работали внутри, когда приехал шустрый человек с украинскими усами. Позже я узнал, что это был очень крупный чин в структуре МВД – Сергей Петрович Чирко. Сергей Петрович лично взялся за дело. Бегло опросил присутствующих, отдельно зацепился на персоне Шалагинова и повел его на беседу в один из кабинетов. Как он сумел с полувзгляда почуять убийцу – до сих пор изумляюсь. Изумляюсь и преклоняюсь.

Оперативники в моем присутствии осмотрели мой стол. В столе явно кто-то рылся. И на одной из бумаг были обнаружены пятна крови. Прошли к сейфу. Сейф был открыт. А ключи, которые были взяты из моего стола, торчали в замочной скважине. В этом сейфе денег не хранилось. А вот место, где действительно лежали деньги, оказалось нетронуто. То ли убийца не предполагал, что деньги там могут быть, то ли не растерялся, то ли еще что.

Параллельно появился следующий персонаж в светлом плаще. Следователь прокуратуры Цуканов Сергей Сергеич. Лично на мой взгляд – идеален для типажа «доброго» следователя. Сергей Сергеич еще раз прошелся по присутствующим, еще раз закрепив процедуру опроса. Он сумел создать такое впечатление профессионального спокойствия и уверенности, что мы все как-то воспряли духом.

Тем временем, в конторе появился еще один человек – «поставщик» кабеля. Он приехал на «Газели», битком набитой коробками с кабелем. Когда я ему объяснил, в чем дело, он начал крупно дрожать и попробовал было улизнуть. Но тщетно - Сергей Петрович уже крепко ухватил за воротник и принялся подробно расспрашивать, кто он, и что такое.

После пяти часов следственных процедур, труп Жени увезли. Мы отодвинули стол и попытались отмыть пол. Но - тщетно. На следующий день это удалось уборщице, Римме Рахимовне. Причем – с применением всех возможных химических средств. В этот же день задержали сразу троих подозреваемых: Вадима Шалагинова, его напарника Дмитрия и человека с «Газелью» - «поставщика» кабеля.

А вечером мне позвонили из милиции, попросили подъехать и присутствовать на беседе с подозреваемыми. Хочу опустить характер и детали, просто подведу итог: напарник Дмитрий и «поставщик» сопливо сознались в соучастии воровства кабеля. Хотя кололи их на убийство. Обоих трясло. Оба заикались. И выглядели очень неважно.

А вот Шалагинов на фоне друзей смотрелся просто молодцом: спокоен, вежлив и уверен в себе. Нервы у бывшего милиционера оказались совершенно железные.

Похороны Евгения прошли очень тяжело. Присутствовало много народа. Многие плакали. В том числе и автор этих строк. Горечь утраты несколько скрасил звонок из милиции. Сказали, что убийца практически установлен. А поздним вечером, когда мы сидели в конторе и трагически пили водку, повторный звонок подтвердил – убийца действительно установлен. Им оказался Вадим Шалагинов.

Мы долго не могли в это поверить. Но сомнения развеялись на проверке следственных действий. В рабочее время позвонили оперативники, и попросили вывести сотрудников из помещения «Интерры». Я вывел всех через парадный вход. А в это время, со стороны запасного выхода подъехала милицейская «таблетка», из которой вывели Шалагинова в наручниках. Я открыл дверь и впустил милиционеров, понятых и самого подозреваемого. Лицо у Шалагинова было землисто-серого цвета. И какое-то безжизненное. Как будто ему уже на все наплевать.

Руководил процедурой Сергей Сергеич Цуканов. А убийца бесцветных голосом рассказывал и показывал, что и как он делал. Как заходил, что говорил и как убивал. Я смотрел на его равнодушную откровенность, и, мне было не по себе. Так, наверное, в Нюрнберге рассказывали о своих подвигах палачи из Освенцима. Спокойным голосом повествуя, кого и как отравили, замучили, сожгли…

На следующий день произошел еще один эпизод, в стиле пословицы «кому война, кому мать родна». Дело в том, что сразу после убийства, мы на городском сайте повесили объявление: «просим любую информацию, способствующую раскрытию данного преступления, сообщить в компанию «Интерра». Компания гарантирует анонимность и солидное вознаграждение».

Уже под вечер позвонил некий сиплый голос и предложил приобрести информацию. Недорого. Всего-то, за одну тысячу долларов. По версии сиплого, убийц было двое и он может показать, где они живут. Место встречи было определено возле магазина № 70.

Я позвонил в милицию. Там порекомендовали не заниматься самодеятельностью, а немедленно подъехать к ним. Что я и сделал. По моему приезду, подполковник Чирко быстро набросал план действий. В соответствии с планом, на заднее сиденье моей машины был усажен майор Богатько. А вперед был выслан автомобиль с двумя оперативниками на борту.

Мы долго сидели в машине, возле продуктового магазина. Наконец-то, открылась дверца, и на заднее сиденье, рядом с Владимиром Евгеньевичем, сел невысокий чернявый субъект. Устроившись поудобнее, субъект наркоманским сленгом стал повествовать, как недавно он торчал с одними «чуваками», которые на его глазах выбросили окровавленную футболку и сказали, что «отработались в одном офисе».

Поехали смотреть адреса безвестных «чуваков». Один адрес был на Комсомольской, второй на Хромпике. Заходить в адреса обладатель сиплого голоса отказался.

Майор сказал:
- Ну что, нормально… Поехали в офис. Мы тебе сейчас деньги вынесем…
Я уточнил:
- В чей офис поедем?
- В наш офис, - многозначительно ответил Владимир Евгеньевич.

Мы поехали в сторону городского отдела внутренних дел. Проезжая «крытый рынок», я уловил сзади быстрое движение. И тут же майор приказал остановиться. Я ударил по тормозам и оглянулся назад. Оказывается, всего за несколько секунд, Владимир Евгеньевич успел профессионально сунуть ствол пистолета под ребра сиплому и загнуть его за шею таким образом, что голова оказалась чуть ли не под сиденьем.

И в этаком положении поехали дальше. Припарковались прямо у входа в горотдел, и майор поволок скукоженного страдальца внутрь. В отделе сиплого наркомана с богатой фантазией встретили хохотом – фигурой он тут оказался известной…

А в нашем деле события развивались динамично. Шалагинов пришел в себя, и вместе с адвокатом плотно работал над линией защиты. Но и следствие не стояло на месте. Заместитель прокурора Первоуральска Игорь Карпов официально заявил: "На сегодняшний день можно говорить, что убийца найден. У нас есть достаточно оснований, чтобы мы могли говорить о его причастности к преступлению. Подозреваемого задержали накануне, сейчас он находится под стражей. Обвинение ему будет предъявлено в течение десяти дней".
Адвокатесса убийцы, вместе со своим подзащитным разрабатывали параллельно две защитные версии, как-то: алиби на время совершения убийства и попытка вывернуться на аффекте, который якобы имел место быть во время совершения преступления.
Однако, разработка версий не помогла. Обвинение в убийстве Шалагинову было предъявлено 25 октября. Прокуратура сделала осторожное заявление: «вчера было предъявлено обвинение подозреваемому в убийстве технического директора компании "Интерра" Евгения Белькова. Обвинение предъявлено по статье 105 УК РФ «Убийство», возможно, в дальнейшем оно будет переквалифицировано, когда будут найдены дополнительные доказательства. На сегодняшний день установлена только причастность подозреваемого к убийству. Сейчас подследственный находится в изоляторе временного содержания. Ему определена мера пресечения в виде заключения под стражей. По предварительным данным, убийство совершено по корыстным мотивам».
Дело было передано в суд в течение двух месяцев. Возглавил процесс лично председатель Первоуральского городского суда Геннадий Кузнецов. Первое заседание началось с того, что Шалагинов наотрез отказался признавать свою вину. «Не я» - и все тут. Но судья был спокоен. Нет, так нет. Разберемся. И приступил к опросу свидетелей.
Опрос шел долго. Заседания переносились, Шалагинов то отказывался признать вину, то не отказывался... Плюс требовалось обеспечить явку кучи свидетелей. Но в ходе одного из судебных заседаний, обвиняемый неожиданно для всех полностью признал свою вину в совершении убийства. Обвиняемый Вадим Шалагинов попробовал выдвинуть версию о своем шатком психическом здоровье, но после пятиминутных консультаций с адвокатом отказался заявлять ходатайство суду, еще раз подтвердив, что убийство Евгения совершалось им в совершенно здравом уме. Адвокат предоставила суду ряд положительных характеристик г-на Шалагинова, начиная с детского сада.
В ходе прений государственного обвинения и защиты, прокурор немногословно попросила для Вадима Шалагинова десять лет и два месяца заключения в колонии строгого режима. А вот адвокат Шалагинова долго обсуждала положительные качества Вадима, утверждая, что он "раскаялся" и совершил сам в себе "переоценку жизненных ценностей". В заключении речи, адвокат порекомендовала суду не принимать во внимание ходатайство мамы Евгения Белькова о возмещении морального ущерба по причине "неустановленной родственной связи" между мамой Белькова и самим погибшим Евгением. Заседание было окончено под шум присутствующих в зале.
Девятого марта, в десять утра, состоялось последнее судебное заседание. И в своем последнем слове, еще раз пробежавшись глазами по имеющейся у него бумажке, господин Шалагинов попытался связать вместе четыре странных тезиса.
Звучало это буквально так:
1. Он раскаивается.
2. Он не хотел убивать. Особенно топором. Это вышло как бы случайно.
3. Он не позволит оскорблять его персону, где бы-то ни было. В тюрьме или на воле.
4. Рано или поздно, но он выйдет из тюрьмы. И тогда рассчитается по своим обязательствам. По каким конкретно – не уточнялось.
Еще раз заглянув, в бумажку, Шалагинов сказал: «Это все!».
Председатель Первоуральского городского суда Геннадий Кузнецов отсрочил оглашение приговора до 15-00. Процедура оглашения приговора была длительная, но она, клянусь! Она стоила того. Судья Кузнецов был справедлив. И честное слово! Когда он озвучил свое решение, у меня упал тяжеленный камень с сердца. Одна беда – когда убивают твоего друга. Вторая боль – найти преступника. И третья задача – покарать его. И теперь мы все дошли до финиша. Убийца получил по заслугам: десять лет и два месяца в колонии строгого режима, плюс выплаты: четыреста шесть тысяч в пользу семьи Белькова и двадцать пять тысяч – в пользу компании «Интерра». Сомневаюсь, что он это выплатит. Да дело и не в деньгах. Семью Белькова мы поднимем и без этих псевдоденег. Но то, что эти десять лет «строгача» будут у бывшего милиционера очень несладкими – это факт.
Вот и все. Вместо Евгения сейчас работает его коллега, Игорь Баженов. Супруга Жени ждет еще одного ребенка, от уже умершего отца. Она работает у нас, вэб-дизайнером. Как может и сколько может. И можно считать, что с текущим вопросом «что делать?» - разобрались. И справедливость – если на ней настоять – все-таки торжествует. А теперь немного затронем тему «кто виноват».
Пару раз, не больше, на горизонте наблюдались крики: «Он не виноват! Его подставили! Эти покрикивания вызывают у меня мягкую добрую улыбку. Кого подставили? Шалагинова? Кому это надо? Он что, агент ЦРУ? Да нет, все гораздо проще. И у меня есть личное мнение по поводу причин и мотивов. Замечу, что мнение только мое и я его никому не навязываю.

Зададимся вопросом, кто может выиграть от двух фактов: смерть Белькова и длительная посадка Шалагинова. «Интерра»? Смешно. Семья Белькова? Еще смешнее. Родственники Шалагинова? Да вряд ли. А подружка Шалагинова, Ольга? Горячо!
В самом деле, ее ухажер был опасен. И она прекрасно это знала. Повернись сюжет чуть в другом ракурсе, именно ей в череп прилетел топор, а не Белькову. Но девочка еще и умная оказалась. Поставила Шалагинову изначально невыполнимую задачу (ну где, в самом деле, этот олух возьмет денег на квартиру за три дня?) и спокойно дождалась развития событий. Поскольку она знала Шалагинова шесть лет, то прекрасно понимала, что он отмочит именно такое... Этакое. И милая девочка не ошиблась. Дружок отмочил по полной программе. Теперь его сольют на ближайшие десять лет, а девочка безболезненно освоит другой, "более подходящий вариант". Вы понимаете к чему я клоню? Шалагинов действительно оказался просто орудием, бультерьером, с которого хозяин сорвал намордник и выпустил погулять....

Есть ли на это уголовная статья? Нет. Но морально, и по смыслу происходящего – именно Ольга направляла топор убийцы. А Шалагинов, дурилка картонная, на полном серьезе стал думать, что деньги являются первопричиной человеческих отношений, а не следствием…

Десять лет пройдут быстро. Но папа Шалагинов для своего сына так и не станет космонавтом. Никогда.

© Первоуральск Онлайн

Мебель студия
Книги
Евродент Экран1